Путь человека труден и опасен, но мы преодолеем всё и доберёмся до конечной точки нашего пути – Вершине знаний.

Когда необходим юрист для представительства в суде? Арбитражный детектив.



Когда необходим юрист для представительства в суде? Арбитражный детектив.

Когда стоит воспользоваться услугами юриста для вашего представительства в суде?

Есть у суда близкий родственник — суховатый и придирчивый законник, кабинетный затворник, ничего не принимающий на веру, соизмеряющий каждый свой шаг с параграфами официальных инструкций и предписаний. Зовут его — Государственный арбитраж.

Если судебные дела почище любого кино притягивают к себе внимание любопытных, то на заседании Госарбитража даже юрист для представительства в суде, начинает ощущать скуку. Я уж не говорю уж об ощущениях простого человека, решившего воспользоваться дополнительными услугами юристов и других компетентных лиц, выступающих в качестве его представительства в суде, но, как правило, далекого от понимания всей кухни юриспруденции, и начинающие терять самообладание от непрерывного перечисления сухих, казенных правил и предписаний закона. И все-таки чуть ли не любой арбитражный спор по-своему интересен и поучителен. Потому что сталкиваются в нем не только хозяйственные интересы истца и ответчика, но человеческие характеры, прямота и изворотливость, делячество и принципиальность, опыт и юридическая изощренность.


Вот, к примеру, дело из арбитражного архива, которое не считается по здешним меркам ни особо крупным, ни чересчур сложным. Это не нудное препирательство по поводу выеденного яйца и не искрящийся диалог, в котором стороны непринужденно жонглируют тысячными суммами. Словом, со всех точек зрения, рядовое, среднее дело.


Лист дела первый (л. д. 1)
В Государственный арбитраж.
Истец — Управление производственно-технологической комплектации (УПТК) треста Казметаллургстрой, г. Темир-тау, Карагандинской обл. , ответчик — Люберецкий химический завод, г. Люберцы, Московской обл. , соответчик — Контора Главстройснаба г. Алма-Ата.


Исковое заявление.
По железнодорожной накладной № 060456 истцом получены краски масляные изготовления Люберецкого химического завода. . . При приемке красок установлен брак сурика в количестве 13 254 кг. За поставку недоброкачественной продукции в соответствии с п. 61 Положения о поставке продукции производственно- технического назначения начисляется штраф в размере 20% ее стоимости.


Все многочисленные добродетели, которыми должен обладать деловой партнер, можно, видимо, обозначить одним-единственным словом: добросовестность. Соответственно этому и все многообразие задач, стоящих перед государственным арбитражем, можно свести к одной: добиться абсолютной добросовестности сторон. Добросовестности во всем — касается ли это соблюдения законов, исполнения договорных обязательств или уважения интересов другой стороны.


В Госарбитраже недобросовестных дельцов вообще не жалуют, а к бракоделам относятся с особой строгостью и непримиримостью. Если факт поставки недоброкачественной продукции доказан, разговор в Госарбитраже короток; на изготовителей такой продукции обрушивается вся тяжесть предусмотренных законом мер: полное возмещение за его счет понесенного ущерба, солидный штраф, а в особо злостных случаях — и уголовное преследование.


Проследим, как выстраивает истец систему доказательств в нашем деле. На втором и третьем листах дела — железнодорожная накладная и счет, свидетельствующие, что груз—масляная краска — отправлен из Алма- Аты в Темиртау, благополучно туда доставлен и сполна оплачен получателем. На четвертом листе — командировочное удостоверение товароведа из незаинтересованной организации, которого пригласили для приемки груза. Это весьма важный документ. Он свидетельствует о том, что комиссия, принимавшая продукцию, сохранила полную объективность, пригласив представителя посторонней организации.


При внешнем осмотре красок качественных дефектов не обнаружено. Во время выдачи в производство сурика оказалось, что почти во всех бочках имеется твердый осадок. Путем тщательного осмотра, перевески и лабораторного анализа установлено, что 13 254 кг образовавшегося осадка не поддаются извлечению из бочек и к использованию непригодны. Лабораторный анализ прилагается. Комиссия считает виновным в поставке бракованной продукции изготовителя. Заключение лаборатории . . . При отборе проб обнаружен твердый осадок, не поддающийся извлечению из бочек и непригодный для отделочных работ. . .


Итак, доказательства собраны. Выяснилось, в чем состоит дефект красок: они образуют осадок. Назван, наконец, по имени и бракодел. Интересно, как теперь завод будет выпутываться? Впрочем, в доводах истца есть одно слабое место. Вернемся к л. д. 5: «Акт об установлении расхождений в количестве. . . » Обратили внимание? Комиссия начала с проверки количества продукции, а закончила проверкой качества. Это не годится.


Инструкция о порядке приемки продукции говорит, что в подобном случае следует проверку приостановить и вызвать представителя завода. Если же он не явится, следует пригласить представителя или эксперта. Истец этого не сделал. Серьезное упущение. Если работники Люберецкого завода искушены в такого рода делах, они наверняка заметят ошибку.


Представитель завода лично убедился, что тринадцать с лишним тонн краски представляют собой производственный брак. Рекламация Люберецкому химическому заводу По железнодорожной накладной № 060456 нами получены краски изготовления Люберецкого химического завода. При приемке красок комиссией установлен брак сурика. . . Сумму просим к 20 октября 1969 г. перечислить на наш расчетный счет. . .


Завод не захотел добровольно уплатить долг, так сказать, уладить спор мирным путем. Поэтому управлению комплектации осталось только обратиться в Госарбитраж «за защитой», как сказано в Правилах рассмотрения хозяйственных споров, «имущественных прав и охраняемых законом интересов». В исковом заявлении, с которым мы уже ознакомились, управление излагает свои требования с предельной ясностью.


Но римские юристы говорили: audiatur et altera pars — пусть будет выслушана и другая сторона. Давайте последуем этому мудрому правилу.


Оказывается, не зря завод медлил с уплатой долга. У него есть веские возражения против претензий истца. В самом деле, разве был представитель уполномечен проверять качество красок? В его командировочном удостоверении написано пусть и не очень складно, но недвусмысленно: «командируется. . . по вопросу установления расхождений в количестве».


Заслуживает внимания и второе возражение. Для проверки качества продукции законом установлен двадцатидневный срок, и нарушать его строжайше запрещено. Выходит, позиция истца вовсе не так прочна, как казалось нам еще совсем недавно. А вскоре к делу примешивается новое странное обстоятельство. Истец решил все- таки вернуть негодную продукцию. Бочки с красками, объехав неспешной грузовой скоростью полстраны, прибыли в Люберцы


Удивительно! Из-за чьей-то бестолковости, безответственности отправились за тридевять земель, да еще за казенный счет полсотни бочек темиртауского воздуха? Что должно было храниться в них? Ведь не зря же в накладных указано наименование груза и даже вес брутто. И наконец, если бочки оказались «без наличия», то куда же подевалась краска, из-за которой весь сыр-бор?


Протокол заседания Госарбитража по иску Управления производственно- технологической комплектации треста Казметаллургстрой к ответчику — Люберецкому химзаводу и соответчику — алмаатинской конторе Главстройснаба — о взыскании.


Сущность спора: предъявлен иск о взыскании убытков, вызванных поставкой недоброкачественной краски, и выплаты штрафа. Ответчик иска не признал. От соответчика возражений не поступило. Учитывая, что истцом допущены многочисленные нарушения при составлении актов, а именно: не указано, какие партии красок были получены от алма-атинской конторы, неизвестно, как произведено определение веса осадка, не представлен анализ нейтральной лаборатории, не представлен договор, в связи с чем, спор не может быть разрешен без дополнительных документов.


Госарбитраж определил: дело слушанием отложить, обязать истца представить сохранную расписку на забракованную продукцию и договор, по которому получена продукция, обязать ответчика представить технические условия на краски. Госарбитр — подпись.


Арбитр потребовал три очень нужных, я бы даже сказал решающих, документа. Во-первых, сохранную расписку, которая поможет установить, где краска сейчас. Во-вторых, договор: он нужен, чтобы решить вопрос о штрафе. И, наконец, технические условия. Спорить о качестве, не ознакомясь с ними,— бессмысленно. Таковы окончательные предписания юридического представительства в суде, в лице которого выступал Госарбитраж.


Договора нет — значит, независимо от исхода дела, никаких штрафных сумм истцу не получить. Значит ли это, что бракодел останется ненаказанным? Вовсе нет. Штраф за поставку недоброкачественной продукции будет взыскан и в этом случае, но не в пользу покупателя, а в доход бюджета. Разумеется, если сам факт поставки брака будет доказан.
__________________________





Все материалы взяты из открытых источников и представлены исключительно в ознакомительных целях. Все права на книги принадлежат их авторам и издательствам.



Вход в систему